Александра Давыдова, Дмитрий Казаков, Андрей Столяров, Иван Наумов, Ольга Онойко, Алекс де Клемешье, Алексей Калугин, Леонид Кудрявцев, Олег Дивов, Олег Кожин, К. А. Терина, Александр Зорич, Юлия Гладкая, Евгений Лукин, Сергей Лукьяненко, Святослав Логинов, Александр Громов, Андрей Синицын
«Территория Дозоров. Лучшая фантастика – 2019 (сборник)»

Александра Давыдова, Дмитрий Казаков, Андрей Столяров, Иван Наумов, Ольга Онойко, Алекс де Клемешье, Алексей Калугин, Леонид Кудрявцев, Олег Дивов, Олег Кожин,  К. А. Терина, Александр Зорич, Юлия Гладкая, Евгений Лукин, Сергей Лукьяненко, Святослав Логинов, Александр Громов, Андрей Синицын «Территория Дозоров. Лучшая фантастика – 2019 (сборник)» Александра Давыдова, Дмитрий Казаков, Андрей Столяров, Иван Наумов, Ольга Онойко, Алекс де Клемешье, Алексей Калугин, Леонид Кудрявцев, Олег Дивов, Олег Кожин,  К. А. Терина, Александр Зорич, Юлия Гладкая, Евгений Лукин, Сергей Лукьяненко, Святослав Логинов, Александр Громов, Андрей Синицын «Территория Дозоров. Лучшая фантастика – 2019 (сборник)»Александра Давыдова, Дмитрий Казаков, Андрей Столяров, Иван Наумов, Ольга Онойко, Алекс де Клемешье, Алексей Калугин, Леонид Кудрявцев, Олег Дивов, Олег Кожин,  К. А. Терина, Александр Зорич, Юлия Гладкая, Евгений Лукин, Сергей Лукьяненко, Святослав Логинов, Александр Громов, Андрей Синицын «Территория Дозоров. Лучшая фантастика – 2019 (сборник)»

Новый сборник захватывающих и необычных историй отечественных авторов – как признанных мастеров, так и ярких представителей нового поколения, – в котором найдется все: от фантастики ближнего прицела до темного фэнтези. Открывает сборник новый рассказ Сергея Лукьяненко «Всему свое время» из цикла «Стройка века», полный фирменного авторского юмора и обаяния.

Святослав Логинов
«Яблочко от яблоньки»

Святослав Логинов «Яблочко от яблоньки»«– А что, дорога вполне приличная, – произнёс Путило, резко крутанув руль. Автомобиль накренился и начал заваливаться в колею, густо наполненную серой жижей, больше всего напоминающей шламовые отстойники абразивного завода. Ефим Круглов судорожно ухватился за ручку дверцы, словно собираясь выпрыгивать сквозь ремни безопасности, но машина всего лишь ухнула в колдобину и, натужно взрёвывая, принялась расплёскивать тракторного замеса грязь. Струйки глинистой суспензии стекали по заднему стеклу, превратив мир в серый абстрактный витраж…»

Святослав Логинов
«Шишак»

Святослав Логинов «Шишак»Герой рассказа, проснувшись однажды утром с жуткого бодуна, а напрвившись в ванную обнаружил на лбу громадный шишак

Святослав Логинов
«Чисть»

Святослав Логинов «Чисть»«… Елену Банек осмотрел придирчиво и остался доволен. Бедра можно было бы пошире, ну да по нынешним временам и такие хороши. Банек даже не удержался, шлепнул по голой попке жесткой ладонью. Лена от неожиданности подскочила и взвизгнула. – Ты чего? – спросил Виталий. – На веник села, – ответила Лена, не обнаружив сзади ничего, кроме шарканого веника. – Глядеть надо, – посоветовал муж. На ту пору у Виталика с Леной уже имелся сынок пяти лет. В баню Елена мальца не взяла, постеснялась, ну да это сейчас и кстати. Супругам одним побыть нужно, и банька для этого место самое подходящее. А что Банек рядом, так он не в счет – не людь, не зверь, просто веником прикинулся. …»

Святослав Логинов
«Черный смерч»

Святослав Логинов «Черный смерч»Мужское волхование и женские чары не сходны между собой, а зачастую и просто враждебны. Но все людское волшебство черпает силу в предках и служит лучшей защитой от всякой напасти, против которой оказываются беспомощны даже могучие луки и богатырские копья. Пал в схватке с мангасом храбрый вождь Таши, и теперь уже его сын, носящий славное имя отца, противостоит врагам, мечтающим сжить со свету род человеческий.

Святослав Логинов
«Цирюльник»

Святослав Логинов «Цирюльник»В средневековый город попадает наш современник – врач. Никакого мракобесия. Никто не тащит его в костер, не обвиняет в ереси или колдовстве. Он допущен к больным и стремится им помочь. Но концовка не будет гладкой.

Святослав Логинов
«Тени большого города»

Святослав Логинов «Тени большого города»«Послушивай! . .» – эхо прозвучавшего двести лет назад крика мечется в подворотнях, ударяется о глухие стены, стоячей волной дрожит в дворах-колодцах. Кто умеет, услышит его не только сейчас, но и через сто лет. Город полон голосов, главное – отделять умерший звук от живого. Но даже умелец с чутким ухом не различит звука шагов бегущего Авалса. Кьяновские кроссовки касаются тротуара совершенно бесшумно. Бежишь и сам себя не слышишь. «Посматривай! . .» – а кому посматривать? Хоть все глаза прогляди в ночную ясность – а его не разглядишь. Увидать – дело не хитрое, а ты разгляди, когда всё кругом тает в обманном свете, смущает чувства и блазнит беспомощный разум. Человек ходит по городу, распахнув очарованные глаза, смотрит, видит и не осознаёт. Вот мелькнуло что-то – и нет ничего, да и как могло мелькнуть, если света кругом – хоть газету читай, хоть подбирай иголки? Неподвижность царит, живая, спящая. Недолгие полчаса ночи – его время. Над головой не заря, не зарево, а просто свет, пока ещё жемчужный. Жемчуг – прекрасный камень невинного обмана. Пронзительно светлый и непроницаемый для взгляда. Красивее всего блестит жемчуг в обманном пламени свечей, когда он не даёт тени. А во время белой ночи жемчуг не виден, кажется простым окатышем, внучатым племянником гранитных монолитов, одевающих Неву. Теперь Авалс бежал по набережной, скользя кроссовкой по слизи камня. Гранит безучастно терпел прикосновения. Сколько грубых человеческих касаний должно пройти по нему, чтобы на камне остался след… И что должно стрястись, чтобы битый ногами камень мостовой оказался потрясён до глубины души… Это гранитный постамент может вечно помнить удар вражеского железа, мостовые не хранят даже следы бомб. Отремонтировать – и забыть. Хотя рассказывают, что где-то под многослойным асфальтовым пирогом до сих пор можно найти следы копыт, каких не бывает у живых лошадей. Тётки с совковыми лопатами и мужики в оранжевых дорожно-ремонтных жилетах видели этот след, но среди бела дня не смогли рассмотреть. Что могут совковые тётки? Окажись рядом поэт или художник – он бы разглядел, но художники берегут руки, а поэты слишком субтильны, они не способны взламывать асфальт даже ради единого слова правды. Прозаики исполнены прозы жизни, им не интересен след копыта на камне. Вот и спрашивается, кто мог видеть фантастический след, да ещё и рассказать о нём во всеуслышание? Веры такому фантасту нет, да и прежде не больно бывало.

Далия Трускиновская, Андрей Сенников, Владимир Аренев, Тим Скоренко, Святослав Логинов, Мария Галина, Дмитрий Колодан, Наталья Резанова, Надежда Штайн, Василий Щепетнёв
«Темная сторона города (сборник)»

Далия Трускиновская, Андрей Сенников, Владимир Аренев, Тим Скоренко, Святослав Логинов, Мария Галина, Дмитрий Колодан, Наталья Резанова, Надежда Штайн, Василий Щепетнёв «Темная сторона города (сборник)»Лавки волшебных товаров – обычное дело, но не все они торгуют настоящим волшебством. И уж тем более – не все они торгуют волшебством добрым…В сборнике, куда вошли произведения ведущих российских писателей-фантастов, каждый рассказ или повесть – это товар из волшебной лавки. И в этой лавке найдется все – от деревянной куклы, которая помогает сотрудникам НКВД разоблачить германскую шпионскую сеть, до таинственного как-чиль-чиракана – существа с мордой каймана, телом червя и лапами жабы, обитающего в озере Чадьевском, что на севере России…Святослав Логинов, Дмитрий Колодан, Василий Щепетнев, Наталья Резанова, Мария Галина, Далия Трускиновская в уникальном сборнике о темной стороне городской жизни!

Святослав Логинов
«Там, на востоке»

Святослав Логинов «Там, на востоке»Зарницы полыхали в полнеба, призрачно-синие, настолько стремительные, что даже в миг вспышки в них невозможно поверить. И бесшумные. Это особенно страшно – тишина, затопившая мир в ту минуту, когда он рушится. Не весь, конечно, где-то люди и знать не узнают о приключившейся беде, но здесь, тем, кто уцелеет, больше не жить. Утром обнаружилось, что затворище породило разом два пузыря, пелена обняла ближний лес и холм, на котором стояла мельница. Теперь на очереди поля, а там и деревня. Возможно, с первого раза накроет не все дома, но уж её дом наверняка. И бежать некуда, путь на запад надёжно перекрыло затворище, а с иных сторон доброй земли нет, одни гнилые болота, да горы на юге, неудобные сохе и враждебные чужакам. Им отныне всюду быть чужаками – дома оставаться нельзя. Значит, нужно проситься в рабство к горцам или гнить в болотах, откуда возвращаются немногие. Или, всё же, остаться дома, самому пойти навстречу затворищу, крича и грозя кулаками, а оно будет невозмутимо ждать, а когда коснёшься тонкой пелены, всё будет враз кончено, лишь бледная молния метнётся от земли к небу: беззвучная и почти невидимая в солнечных лучах. Поутру деревня зашевелилась разворошенным муравейником. Скот отгоняли подальше от новой границы, собирали скарб, готовясь к отъезду. Бежать некуда, но надо. Болота тоже не начинаются вдруг, есть в мокром лесу сухие островки, негодные под пашню, но для домов вполне подходящие. Там можно приткнуться, а хлеб до поры сеять на старом пепелище у самых пузырей, авось они ещё сто лет с места не двинутся. Ведь нажрались, что им ещё окаянным надо?

Святослав Логинов
«Страж Перевала»

Святослав Логинов «Страж Перевала»Лонг – Страж Перевала. Он охраняет границу между реальным миром и миром лжи. На нем доспехи, делающие его неуязвимым воином. В его руках обоюдоострый меч, одна сторона которого состоит из тумана, а другая из стали. Он знал, что наконец умирает. Даже если в горячке Мира и возникнет когда-нибудь закованная в доспехи фигура, которую станут называть Лонгом, это всё равно будет не он.